Последнее обновление: 03.12.2021 20:15

Политзаключенный Николай Дедок в суде не признает свою вину ни по одному пункту

Политзаключенный Николай Дедок не признает вину ни по одному пункту — ни в том, что мешал движению транспорта, ни в том, что подрывал белорусское государство через интернет, ни в том, что хранил горючие жидкости.

Суд по делу блогера, журналиста и активиста анархистского движения 32-летнего Николая Дедка начался в Минском городском суде 29 июня. Судебный процесс ведет Анастасия Попко. Адвокат Дедка — Евгений Маслов, сообщает Белапан.

Дедка обвиняют в том, что он размещал статьи в интернете, которые, по версии прокуратуры, содержали высказывания, враждебные по отношению к существующей власти.

Обвинение квалифицировало это как распространение материалов, содержащих призывы к совершению действий, направленных на причинение вреда национальной безопасности — ч. 3 ст. 361 УК, максимальное наказание — лишение свободы на пять лет.

Ранее Следственный комитет сообщал, что Дедку вменяют ч. 2 ст. 361 — а это до трех лет лишения свободы. Кто-то допустил ошибку или обвинение переквалифицировали, непонятно. Участники процесса не отвечают на вопросы.

По версии прокуратуры, 23 августа 2020 года Дедок принимал участие в несанкционированной акции на площади Независимости в Минске, оказал неповиновение сотрудникам правоохранительных органов: якобы Дедок препятствовал движению маршрутных автобусов, «ограничив право граждан на спокойный труд и свободу передвижения».

Обвинение квалифицировало это по ч. 1 ст. 342 УК — активное участие в действиях, грубо нарушающих общественный порядок и сопряженных с явным неповиновением законным требованиям представителей власти, повлекшее нарушение работы транспорта. Максимальное наказание — три года лишения свободы.

В частности, Дедка обвиняют в том, что с 14:25 до 20:00 23 августа препятствовал движению городских автобусов №№ 1, 23, 40, 73, 100, 127, 163 и других. Как удалось одному Дедку остановить более семи маршрутов и в одиночку мешать минчанам работать в воскресный день, остается загадкой.

Еще одно обвинение — по ч. 1 ст. 295-3 УК (незаконные действия в отношении предметов, поражающее действие которых основано на использовании горючих веществ, максимальное наказание — лишение свободы на два года). Прокурор Антон Тюменцев отметил, что горючие жидкости были найдены у Дедка, но он «не успел по независящим от него обстоятельствам довести преступный умысел до конца».

Как показал допрос свидетелей, они не помнят времени начала обыска, на котором присутствовали, ни его подробностей.

Свидетель Александр Астапович, 1944 года рождения, жил в том же доме на съемной квартире в поселке Сосновый Осиповичского района Могилевской области, где был задержан Дедок 12 ноября 2020 года.

Астапович был понятым при обыске квартиры, где жил Дедок, в ночь с 11 на 12 ноября. Мужчина плохо слышит, с трудом разбирает вопросы. Например, судья Попко трижды повторила вопрос, гражданином какой страны он является. Астапович затруднялся ответить.

Про обыск в квартире, где жил Дедок, Астапович рассказал так:

«В 12 ночи звонок в дверь, стоят работники органов и он с ними. В первой комнате они перебрали каждую книжечку, каждую тряпочку, ничего не нашли. В следующей комнате тоже ничего. В зале обнаружили какую-то фотокамеру, нож, на тумбочке под бумагой конверт с деньгами. Сразу сказал, что не знает, что это за деньги, потом сказал, что его сбережения. Конверты были незапечатанные. Евро, злотые и доллары. Плакаты, литература, говорили, что это запрещено. На кухне нашли три бутылки с какой-то жидкостью, завернутые в одинаковые тряпки. Меня попросили понюхать, что это за жидкость. Запах отвратительный. Можно сравнить с запахом бензина или дизтоплива».

Астапович отметил, что одна бутылка вскрывалась при нем, а конвертов с деньгами было три.

Отвечая на вопрос обвинителя о том, был ли избит Дедок, свидетель сказал: «Он был чистенький, нигде непобитый, в наручниках. Сотрудники вели себя вежливо, и он вел себя хорошо».

Согласно протоколу, озвученному в суде, следственные действия начались в 23:20 и закончились в 01:30, а к понятому Астаповичу, по его словам, обратились только в полночь. Мужчина затруднился объяснить противоречие.

Еще один свидетель Владимир Поляков, 1952 года рождения, который также был понятым во время обыска в квартире Дедка, плохо помнит те события. В суде Поляков вообще сказал, что всё происходило в декабре.

Свидетель утверждает, что видел семь конвертов с деньгами (в материалах суда значатся девять конвертов), бутылки с неизвестной жидкостью были без упаковки. Найденную у Дедка литературу называет «экстремистской». Дедок спросил у Полякова, на каком основании он считает, что у него в квартире были экстремистские материалы. Поляков затруднился с ответом.

Астапович видел в квартире Дедка четырех сотрудников МВД, а Поляков — шестерых. Поляков затруднился точно сказать, в котором часу его пригласили в качестве понятого. Предположил, что «они начали раньше», чем он пришел. Помнит, что «в двенадцатом часу».

В суде был оглашен протокол допроса Полякова во время предварительного следствия, из которого следует, что в ноябре Поляков утверждал, что обыск проходил не с 11 на 12 ноября, а с 10-го на 11-е. В суде Поляков завил, что не был на допросе, а «просто поговорили».

По словам Полякова, с Астаповичем во время обыска они находились в разных комнатах, где одновременно производился обыск. Вместе с тем бутылки с неизвестной жидкостью он видел, нюхал и сказал, что запах был похож на керосин.

Свидетель Наталья Родионова, 1993 года рождения, — одна из собственников квартиры, где был задержан Дедок. Она сообщила суду, что периодически бывала в квартире, где жил Дедок, но никогда не видела никаких бутылок с жидкостью.

Она также сообщила, что когда она через несколько дней после обыска приехала в свою квартиру, «всё было в ужасном состоянии», окна были открыты нараспашку, балконная дверь выбита, входная дверь взломана. Свидетель полагала, что правоохранительные органы приняли меры по сохранности имущества, опечатали квартиру, но этого сделано не было.

На бутылках с жидкостью, которые были найдены в квартире анархиста Николая Дедка во время обыска, не было его отпечатков пальцев. Это следует из озвученных представителем обвинения Антоном Тюменцевым материалов дела.

На трех бутылках с жидкостью, которые были найдены на кухне квартиры, где был задержан Дедок, следов рук не выявлено. Тюменцев, озвучивая материалы дела, сообщил, что следы эпителия на бутылках есть, но их недостаточно для проведения экспертизы.

По словам свидетеля Владимира Полякова, во время обыска Дедок заявлял, что бутылки в его квартиру принесли сотрудники милиции. Отвечая на вопросы адвоката, Поляков сообщил, что не помнит, было ли это занесено в протокол обыска.

По заключению судебно-пожарной технической экспертизы, озвученному в суде, не представляется возможным ответить на вопрос, могла ли бы жидкость в бутылках использоваться в качестве предмета, поражающее действие которого основано на использовании горючих веществ.

Лингвистическая и комплексная психолого-лингвистическая экспертизы не смогли дать ответ, являются ли высказывания Дедка в его телеграм-канале экстремистскими. Эксперты аргументировали это тем, что вопрос выходит за пределы их знаний.

В суде объявлен перерыв. Процесс продолжится 1 июля.



<Май 2021
ПнВтСрЧтПтСбВс
262728293012
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31123456
Июнь 2021>
ПнВтСрЧтПтСбВс
31123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
2829301234
567891011
Политика